Альманах «Соловецкое море». № 10. 2011 г.

Игорь Огнев

Счастливая ошибка

Поход на Белое море к Соловецкому архипелагу планировался в течение 1978 г. Маршрут: Кемь — Большой Соловецкий остров — Бело­морск — Онега на польских складных швертботах «Мева». Тогда их только начали продавать в наших магазинах.

7 июля 1979 г. мы приехали в Кемь. «Погрузили всю поклажу в автобус № 1, который курсирует по маршруту Кемь — Рабочий остров — порт Кемь. Поехали искать место для лагеря. Володя Конюхов договорился с кондукторшей, и она показала, где можно выйти. Вообще, Кемь производит впечатление жуткое. Мы приехали в субботу. Народ одет очень бедно. Почти каждый пьян. Потрясение было не из-за того, что они просто выпили в выходной, — по лицам было видно, что пьют они ежедневно. Трезвых не встретили. Снабжение продуктами намного хуже, чем пишут в нашей центральной прессе. На 61-м году советской власти люди получают продукты первой необходимости по карточкам. Правда, в Кеми в магазине продают хлеб, масло и яйца». (В рассказе приводятся выдержки из судового журнала, который вел автор во время похода. — Ред.)

Бухта между Баб-губой и Рабочеостровском стала начальной точкой нашего похода. Инте­ресно, что весь порт и Рабочеостровск стоит на деревянных чурках, заваленных щепой, и поверхность получается довольно мягкой. «Выйдя из автобуса, за пять минут мы дошли до берега и впервые увидели осушку, с которой начинался отлив. Поставили палаточный городок, и я поехал встречать основную группу.

8 июля собираем швертботы и изучаем систему приливов-отливов, полный прилив наступил в 16–01.

9 июля вышли в Кемскую губу курсом на архипелаг Кузова. Ветер — 4 балла. Ветер все время усиливается. Ночуем на Кузовах. Утром выдвигаемся на Соловки.

10 июля. t воды +9° С, t воздуха +14° С. Сол¬нечная погода. Ветер то усиливается, то падает до 2-х баллов. Погода идеальная для пересечения такого пространства на наших суденышках. Ветер стихает в течение 2–3 часов, нас приливом сносит на юг. Штиль. Ждем ветра в 2-х милях от Заяцких островов безрезультатно. На моторах подходим к Соловецкому острову».

Мы планировали пробыть на Соловецком острове дня два. И в эти два дня не пить и не есть, но всё осмотреть — надо было уложиться в отпуск. Но восточный ветер усиливался, начался шторм, поэтому мы провели на острове не два, а пять дней. С 11 по 15 июля.

Утром 15 июля ветер дул с той же силой, но на метеостанции сказали, что ветер стихнет к 15–16 часам. Мы начали готовиться к отплытию. «В 18–30 флотилия из четырех швертботов вышла из бухты Благополучия и взяла курс на Немецкий Кузов. Ветер 3–8 м/с. Волна небольшая. Ветер иногда стихает почти полностью. Небо ясное».

Мой швертбот шел первым. Мы шли уже около часа, и тут я начал понимать — что-то не так. Нас должно было сносить на север, а сносило достаточно сильно на юг. Оказалось, что я не пересчитал время приливов и отливов с учетом нашей задержки на Соловецком острове. И в итоге мы выходили с Соловков по устаревшей раскладке, сделанной еще на Кузовах.

На горизонте показались острова. Это были Топы. Решил проходить их левым бортом. Погода тихая, волна совсем небольшая, ветер попутный. Топы — низкие каменистые острова, небольшой площади. На одном из них стоит маяк. И вдруг около маяка за нагромождением камней я увидел красную точку. До островов было около полутора километров. На заходящем солнце видимость была очень хорошей. Я всмотрелся еще раз — точка исчезла. Оглядел горизонт, посмотрел еще раз — опять красная точка.

Я понял, что на острове есть люди. Была уверенность — что-то случилось. Сообщил это другим экипажам, лодки шли близко друг от друга. Несмотря на сильное течение, четырьмя яхтами мы подошли к острову с южной стороны.

Красной точкой оказалась женщина в красной куртке, которая мне уже после нашей встречи рассказала, что когда она посмотрела на море и увидела четыре алых паруса (паруса у нас были белыми, но на фоне заката смотрелись розовыми), она не поверила своим глазам и подумала, что уже в раю, потому что на Топах они сидели третий день. Без еды и воды.

«Оказывается, на Топе была группа из 16 человек, которая на лодке-дори с экскурсоводом и местным рыбаком, хозяином лодки, поехали осматривать Заяцкие острова. Была штормовая погода. Когда отошли от Соловецкого острова, перегруженную лодку стало заливать волной. Ветер был восточный, и к Заяцким островам подойти не удалось. Хозяин лодки решил идти по ветру до Топов. Перед островом двигатель отказал. Их могло пронести течением мимо в открытое море, но, к счастью, они дошли до острова, лодку разбило о камни, люди спаслись».

Когда начали причаливать, выбежали люди. Мы не поверили своим глазам, настолько их было много. В группе было четверо мужчин, остальные — женщины. Люди, попав в такие условия, повели себя должным образом. Продовольствия у них не было, воды пресной тоже. Особых укрытий на острове нет, поэтому во время шторма все промокли. Мужчины отдали теплые вещи женщинам, сами остались чуть ли не в майках. Не было ни одного человека, который бы смалодушничал. Это поразило. В группе, в основном, туристы из разных городов возраста 40–50 лет. Что они только ни делали, чтобы привлечь внимание проходящих в отдалении судов, но никто их не замечал. Их искали, но не там, искали уже третий день.

«Люди, прожив на небольшом скалистом острове три дня, психологически были подавлены и полностью потеряли надежду».

Когда мы всё это узнали, открыли наши припасы, всех накормили. Была водка для сугрева. Те, кто мог принять, чуть-чуть приняли.

Потом я, Володя Конюхов и экскурсовод группы, которую звали Ольга, на одной из лодок под мотором отправились на Соловки. Через полчаса нас нагнал катер и сказал, что с острова на большом баркасе всех сняли и повезли на Соловки. Ольга перешла на катер, а мы развернулись назад, к Топам. «По дороге встречаем катер со спасенными. Все машут нам руками, благодарят за помощь».

Вернувшись на Топ, мы решили, не откладывая, двигаться к Кузовам, так как ветер усиливался.

Мне было 29 лет, на память не жаловался. То, что я забыл пересчитать приливно-отливное время на Соловках, — непростительная ошибка. Но это не была забывчивость, а как будто что-то стерли из памяти. На таких примерах и видишь чудо Божие.

Уже осенью многие из спасенных приехали в Московский клуб туристов, и мы встретились.

Огнев Игорь Семенович

Родился в 1950 г. В 1960–1980-е гг. не хватало ощущения свободы, чтобы жить. Сочетание паруса и моря дало это ощущение. Я полюбил парус. Гонки, походы по морям — следствие того давнего душевного поиска. Потом были парусные походы на Рыбинское водохранилище, Онежское, Ладожское озера, Белое, Аральское, Балтийское моря и в Индийский океан.

Версия для печати