Интернет-приложение альманаха «Соловецкое море»

Николай Савельев

Вода и лес

Мезень. Фотография В.Близнюка

Несколько сезонов я тружусь на строительстве деревянного корабля в Соловецком морском музее, и мне часто приходилось замечать буквально священный трепет гостей музея, когда они видели строящийся корабль. Особая теплота в разговоре, слёзы счастья на глазах — такое может вызвать встреча только с чем-то бесконечно близким и родным. Гости наблюдали процесс строительства снаружи, я же видел его изнутри, работая плотником, но испытывал аналогичные чувства. Мне хотелось найти этому причину, но она терялась в глубине исторических, философских, художественных и других рассуждений.

В минувшие два года мне довелось посетить места, где прошли мои детство и юность, и где я долго не был. Впечатления от поездок заставили несколько иначе взглянуть на волнующую меня и многих других проблему. Вернёмся на 10 лет назад.

Разница в возрасте между мной и моей дочкой 40 лет, но мы большие друзья. Когда в начальных классах Настя начала интересоваться географией, я приклеил на стене в её комнате большую красивую карту мира. Скоро мы знали все материки и океаны, почему бывает зима и лето, приливы и цунами, как изменяется климат от экватора к полюсу, а чуть позже все сопредельные с Россией страны и их столицы и большинство государств на всех континентах.

Однажды Настя задала вполне естественный, но необычный вопрос:

— Папа, а почему у России именно такие границы?

Коротко на него 10-летней девочке ответить трудно и, чтобы не лезть в политику, я предложил ей следующий вариант ответа:

— Настя, возьми атлас мира, найди климатическую карту Евразии и обведи карандашом лесную зону с умеренным и холодным климатом.

Получившаяся территория на 90 % совпала с нашими границами.

Природные факторы влияют на развитие стран по-разному. Несомненно, лес и вода имеют решающее значение в жизни России. Достаточно взглянуть на карту: большинство крупных населённых пунктов вышли из леса и стоят на берегах рек, озёр, морей. Лес и вода — это и стол, и дом, и инфраструктура, как теперь говорят. Роль корабля в этом процессе нельзя переоценить. Рождённый на суше, он соединяет в себе сушу и воду и объединяет другие суши, отделённые друг от друга водой. Наверное, в этом и кроется причина столь глубокого уважения и почитания корабля, особенно деревянного.

Мы уже коснулись двух стихий — суши и воды — и теперь необходимо поговорить ещё об одной — воздушной. Вернёмся на четверть века назад.

В начале 80-х годов прошлого века наш экипаж участвовал в крупных учениях на европейской части СССР. Наш самолёт изображал вероятного противника и должен был пройти с севера на юг от Карского моря до Москвы. Было лето, стояла прекрасная погода, на небе ни облачка по всему маршруту, высота полёта 4500 м, видимость хорошая — все условия для того, чтобы полюбоваться матушкой Россией, тем более, что по роду нашей деятельности над сушей мы летаем очень редко, так как служим в морской авиации.

Как на слайд-шоу, меняются открывающиеся картины: льды Карского моря, тундра, лесотундра и затем сплошная тайга. Смотрю вниз и не могу понять: на карте обозначено, что под нами лес, а там… ничего нет. Видны прямые лесовозные дороги и остатки вахтовых посёлков и больше ничего на сотни километров на территории Архангельской области и Коми АССР. Леса нет. Стране были нужны деньги и рубилось всё подряд.

В 2009 году я приехал в город Мезень, где в 1966-м закончил школу и где был последний раз в 1990-м. Мезень — край поморский. Местный житель и карбас неразделимы. Но когда обсуждался план моего пребывания в Мезени, выяснилось, что пойти на карбасе вряд ли получится, так как под высоким угором, на котором стоит город, уже давно нет… воды. А раз нет воды — нет и карбасов.

Выхожу на улицу Набережную и вижу, что старое русло уже зарастает ивой. А ведь когда-то здесь были сотни больших и малых лодок. Огромный луг, открывающийся за руслом, называется Заречье. Значит, снизился уровень воды в реке и не только названия Набережная и Заречье потеряли географический смысл, но и люди изменили род своих занятий. И произошло это практически на глазах.

Вернёмся к строительству корабля. Какой это огромный труд и какое удовлетворение — работа с деревом на таком крупном и сложном объекте! Радости, трудности, достижения, промахи — всё это даёт ощущение жизни в её настоящем, а не декоративном смысле. И как ни странно, самым трудным в строительстве корабля оказывается вопрос — где найти качественную древесину. Её попросту не осталось, и сейчас каждая доска нормальной структуры и без пороков отыскивается с трудом и ценится очень высоко.

Кто-то скажет, зачем вам нужен этот деревянный корабль?

А нужен он для того, чтобы задуматься о жизни.

Почему лес не используется по-хозяйски, а достаётся червям, пожарам и хищникам с либеральными взглядами?

Почему водные артерии используются как свалки мусора и хранилища отходов?

Почему отслуживший свой срок корабль не утилизируется с уважением, а бросается где попало, как отработанный материал?

Ведь по сути, вода и лес — наши прародители. Права так к ним относиться никто не давал. Если мы не изменимся, наказание последует скоро.

2010 г.

Об авторе

Версия для печати